А как иначе

Перемирие, установившееся в детской комнате, не стало мгновенным возвращением к прежней жизни. Оно было хрупким, как первый лед, и оба подходили к нему с осторожностью, боясь провалиться обратно в холодную воду взаимных претензий. Петр не остался ночевать. Он дождался, пока температура у Сережи стабилизируется, проверил, все ли лекарства под рукой у Кати, и ушел в свою студию. Но на этот раз его уход не был бегством. Это был отход на заранее оговоренные позиции, необходимую дистанцию для перегруппировки сил.

Катя, открыв дверь, кивнула молча и пропустила его внутрь. Они вели себя как вежливые сослуживцы, вынужденные вместе выполнять сложный проект. Проект под кодовым названием «Дети». Петр проводил утро с сыном, читал ему, пока Катя работала в кабинете. В полдень он выходил на кухню и готовил обед на троих, простой, но питательный. Он делал это молча, сосредоточенно, и Катя, выходя за чаем, наблюдала за его движениями. В них не было прежней раздраженной неловкости. Была методичность. Он осваивал новую территорию так же, как когда-то осваивал финансовые модели: изучая правила, алгоритмы, требуемый результат.

Составили график в цифровом календаре с общим доступом. Петр добавил графу «расходы», куда стал заносить траты на детей, чтобы потом разделить их пропорционально. Система работала. Дети, видя отца регулярно, в четко оговоренное время, стали спокойнее. Маша перестала рисовать его за чертой. На ее новом рисунке он сидел на диване, читая книгу, а Катя стояла у мольберта. Они были в одной комнате. Не вместе, но и не врозь.