Не было бы счастья

«Панорама» располагалась на двадцать втором этаже бизнес-центра. Лариса, не задерживаясь у гардероба, прошла в полутемное пространство основного зала, где играл приглушённый джаз. Она заметила их почти сразу у дальнего окна, за столиком, освещённым свечой в стеклянном колпаке. Артём сидел вполоборота к ней, его рука лежала на столешнице ладонью вверх. На ней лежала рука молодой женщины с каре цвета меди, которую Лариса мгновенно узнала как Светлану, новую помощницу из приёмной. На лице мужа, обращённом к собеседнице, была мягкая, расслабленная улыбка, которой Лариса не видела годами. На столе стояла бутылка итальянского «Амароне» 2018 года, два бокала и почти нетронутая тарелка с закусками. Лариса замерла в десяти метрах от них, наблюдая, как Светлана что-то говорит, смеётся, слегка запрокидывая голову, и как пальцы Артёма смыкаются вокруг её пальцев в нежном, однозначном жесте. Это длилось ровно сорок семь секунд, которые для Ларисы разделили жизнь на «до» и «после». В её сознании с математической чёткостью выстроились факты: сегодня среда, а не пятница; место не совпадает с заявленным; жест интимен, контекст приватный; сумма по чеку, который она мысленно уже видела, составила бы примерно пятнадцать тысяч рублей.

Лариса Петровна не проронила ни слезинки. Вместо этого её ум, отточенный годами составления отчётов и балансов, начал холодный аудит. Она анализировала последние восемнадцать месяцев: его три командировки в один и тот же регион, участившиеся «рабочие ужины», новый пароль на личном ноутбуке, снижение частоты расспросов о делах дома. Данные складывались в однозначный отчёт о прибылях и убытках, где графа «эмоциональные инвестиции» в семью показывала устойчивую отрицательную динамику. Архитектура её тихой, налаженной жизни, возводимая кирпичик за кирпичиком тринадцать лет, дала внезапную и бесшумную трещину по всей высоте. К моменту, когда машина остановилась у знакомого подъезда, в её голове уже был составлен черновой вариант нового, пока ещё пугающего, плана действий. Она расплатилась наличными, поднялась в безмолвную квартиру и, подойдя к окну в гостиной, увидела, как первые тяжёлые капли апрельского дождя застучали по стеклу, размывая чёткие контуры фонарей во дворе. Её спокойствие было ледяным и абсолютным. Впереди была ночь, а за ней, необходимость абсолютной переоценки всех активов.